— Движение в корпусе справа. — Ратников следил за детектором. — Группа животных перемещается с первого этажа на второй. То же самое слева. Идут всей стаей.
— На второй? — забеспокоилась Маша.
— Там на всех окнах щиты, — ответил Казаков и слегка увеличил скорость транспортера. — Прежде чем они сумеют их выломать, мы проскочим. Хотя… Черт возьми! Они вылезут на крышу!
Лейтенант схватил рацию и вызвал Бергена:
— Олаф! Жмите на газ! Быстрее! Смотрите нав… Ой, блин! Маша аж взвиз-гнула, когда на корпус вездехода обрушился мощный удар, ничуть, однако, не повредивший броневику.
— Что такое? — выкрикнула она, понимая: Чужие, выбравшись на крыши корпусов, начали прыгать сверху. Они не собирались позволять людям беспрепятственно покинуть территорию базы.
Семнадцать черных хищников — это много или мало? Наверное, слишком много. Пускай ты вооружен по последнему слову техники, под твоим командованием два десятка головорезов, способных в одиночку справиться с целым взводом, но невозможно противостоять массированной и жесткой атаке умных, хитрющих и крайне озлобленных тварей…
Чужие рвались вперед, чтобы убивать. Им не требовались носители эмбрионов или пища. Звери, как вывезенные со Сциллы, так и родившиеся уже здесь, на Геоне, мстили людям за то, что двуногие с присущей им наглостью вторглись не просто на чужую территорию, но в чужое сознание, за то, что пытались сделать из них, Чужих, примитивных рабов, выполняющих команды. Рабский бунт всегда страшен.
Ныне сидящий в тепле и уюте «Цезаря» доктор Гильгоф справедливо говорил о невероятно развитом общественном разуме Чужих и о неотвратимом наказании людям за бессмысленные эксперименты над тем, что невозможно понять. Атаковавшим колонну с заложниками животным было все равно, кто именно ставил опыты над ними и их сородичами. Прежде всего это делал Человек. И сейчас Чужие уничтожали человека как символ чужого, непонятного и враждебного для них мира.
Твари разделились на три отряда. Первый, состоящий из трех особей, должен был сдерживать вездеход Казакова и не давать людям возможности выйти из машины, а заодно устранять опасность от пулемета — свалившийся на крышу транспорта Чужой мгновенно плюнул кислотой на толстые дула орудия, приведя их в полную негодность, и попытался добраться до сидящего в пулеметном гнезде рядового Семенова, но тот успел опустить на стекло иллюминатора толстую бронированную створку. Вездеход остановился, А видеокамеры наружного слежения показывали жуткую картину.
Вторая группа Чужих — восемь или десять громадных сильных зверюг — спрыгнула с крыш зданий прямо в кузова грузовиков, начав бойню среди заложников и прежде всего уничтожая людей с оружием. Бишопа, как существо «неживое», один из Чужих просто сбросил на землю, отобрав у него смарт и сломав когтями оружие, а затем, решив, что андроид нейтрализован, начал ломиться в дверь кабины, где сидели Олаф и двое его наемников. Стекло в окне лопнуло с первого же удара, узкоглазый индонезиец мистер Во попытался выстрелить из-пистолета в морду Чужому, но пуля лишь задела его череп. Мгновением позже в глаз человека вонзился острейший наконечник хвоста зверя. Олаф выскочил через другую дверь, открыл пальбу и, упав, откатился к стене здания.
— Стреляйте! Стреляйте же! — надрывался Берген, непонятно к кому обращаясь. Его, конечно, не услышали.
Эккарт и его подчиненные находились в некотором отдалении, а посему сумели сразу уничтожить третью группу Чужих, направившихся в сторону их вездехода. Затем по приказу обер-лейтенанта специалисты «штучной работы» из антитеррористического подразделения выбрались из броневика и стали прицельно отстреливать Чужих. Продолжалось это недолго: звери мгновенно засекли, откуда стреляют, и, оставив двоих сородичей продолжать расправу, всей стаей рванулись к броневику. Эккарт и один из рядовых едва успели скрыться за толстой дверью машины. Остальные погибли — налетевшая орда смела людей, полностью устранив опасность для себя. Но все же еще трое Чужих были убиты.
Ситуация безвыходная, это Казаков понял, как только началась атака. Стрелять в Чужих из смартов невозможно, как, впрочем, невозможно и выбраться из машины — едва откроется задняя дверь, караулящий снаружи Чужой сразу полезет внутрь, поливая все вокруг кислотой из пасти. Пулемет не работает. Применить ракетную установку? Каюк и Чужим, и заложникам.
В первые секунды разъяренные звери, прыгнувшие прямо в людскую гущу, убили около двадцати человек — работали когтями, мощными хвостами, клыками, кислотными струями. Семцова, которая слышала доносимые микрофонами видеокамер звуки снаружи, зажала уши руками — слитный вопль многих десятков людей разрывал слух. Колонисты Айрон-Рока посыпались из кузовов машин, пытаясь убежать, но Чужие настигали бегущих и сразу уничтожали, бросались к следующему человеку, один взмах лапой — и конец…
У Бергена уцелело лишь пятеро наемников, которые сейчас, сгруппировавшись, заняли оборону, пытаясь ураганным огнем отогнать наседавших на них чудовищ и не подпустить Чужих близко, — иначе не избежать поражения кислотой. Финнеган оказался снайпером и бил шныряющих между домов Чужих одиночными выстрелами, но все равно урон пока был несущественным — из семнадцати хищников уничтожены только пять штук, а остальные слегка ранены.
— Нужно прорваться любой ценой, — рявкнул Казаков. — Маша, сидите здесь! Мы попытаемся выйти… Ну что еще теперь?
Возник фантом — он снова был маленьким и стоял на приборной панели.